Малай Людмила Николаевна – аспирант, кафедра общественного здоровья и здравоохранения, ДВГМУ.
680000, Хабаровск, ул. Муравьева-Амурского, 35
Lyudmila N. Malay – MD, Fellow, Chair of Public Health and Health Care.
Muravieva-Amurskogo ul. 35, Khabarovsk, 680000
Марцевич Сергей Юрьевич – доктор медицинских наук, профессор, руководитель отдела профилактической фармакотерапии, ГНИЦПМ.
101990, Москва, Петроверигский переулок, 10
Sergey Yu. Martsevich - MD, PhD, Professor, Head of Department of Preventive Pharmacotherapy.
Petroverigsky per. 10, Moscow, 101990
Солохина Людмила Васильевна – доктор медицинских наук, профессор, кафедра общественного здоровья и здравоохранения, ДВГМУ.
680000, Хабаровск, ул. Муравьева-Амурского, 35
Lyudmila V. Solokhina – MD, PhD, Professor, Chair of Public Health and Health Care.
Muravieva-Amurskogo ul. 35, Khabarovsk, 680000
Бухонкина Юлия Михайловна – доктор медицинских наук, профессор, кафедра внутренних болезней, Институт повышения квалификации специалистов здравоохранения министерства здравоохранения Хабаровского края.
680009, Хабаровск, ул. Краснодарская, 9
Yulia M. Buhonkina – MD, PhD, Professor, Chair of Internal Medicine.
Krasnodarskaya ul. 9, Khabarovsk, 680009
Пошатаев Кирилл Евгеньевич – главный врач.
680030, Хабаровск, ул. Павловича, 1б
Kirill E. Poshataev – MD, Chief Physician.
Pavlovicha ul. 1b, Khabarovsk, 680030
Гараева Наталья Викторовна – заместитель главного врача по медицинской части.
680030, Хабаровск, ул. Павловича, 1б
Natalia V. Garaeva – MD, Deputy Chief Physician on Medical Service.
Pavlovicha ul. 1b, Khabarovsk, 680030
Лецкин Александр Яковлевич – заместитель главного врача, руководитель сосудистого центра.
680030, Хабаровск, ул. Павловича, 1б
Letskin Alexander Yakovlevich – MD, Deputy Chief Physician, Head of Vascular Center.
Pavlovicha ul. 1b, Khabarovsk, 680030
Aim. To study a treatment of patients with acute myocardial infarction (AMI) before and during hospitalization in a Khabarovsk hospital, which has an opportunity of primary percutaneous coronary intervention (PCI), as well as hospital outcomes according to the AMI Register.
Material and methods. 321 patients consecutively hospitalized in the Khabarovsk Regional Vascular Center were included into AMI Register: 177 patients with ST-segment elevation AMI (STEMI; 55.1%); 135 patients non-ST-segment elevation AMI (non-STEMI; 42.1%); 9 patients with early recurrence of AMI and early post-infarction stenocardia (2.8%).
Results. Before reference AMI a frequency of administration of statins was 13.7%, angiotensin-renin blockers – 29.3%, acetylsalicylic acid – 28.7%, beta-blocker – 25%. Among patients with atrial fibrillation only 7 ones (17%) were treated with oral anticoagulants. 141 patients (79.6%) with STEMI underwent PCI procedure: primary PCI – 82.3% and delayed PCI – 17.7%. PCI with coronary stenting was performed in 86.5% of patients with STEMI. Frequency of PCI in non-STEMI patients was 42%: primary PCI – 43.9%, delayed PCI – 56.1%, PCI with coronary stenting – 43.9%. Gender and age of the patients did not influence the choice of tactics of revascularization in STEMI and non-STEMI (PCI(+), PCI(-), PCI with coronary stenting) (p<0.05).
Medication in hospital: double antithrombotic therapy (DATT) was prescribed in 86.9% of patients; direct anticoagulants – in 91.2%, statins – in 97.2%, beta-blockers – in 88.5%; renin-angiotensin-aldosterone system inhibitors – in 90.6%. A total lethality in STEMI was 15.2%, and in non-STEMI – 1.5%. Lethality in PCI-negative patients with STEMI was higher than this in patients with non-STEMI (p<0.001). In STEMI patients lethality was 3.3 times lower in PCI-positive patients in comparison with PCI-negative patients.
Conclusion. AMI Register demonstrated that before reference AMI very few patients were covered with modern medicines influencing prognosis. AMI hospital treatment in Khabarovsk Regional Vascular Center was characterized by a high rate of primary PCI, DATT, enoxaparin, and high-dose statin therapy.
Цель. Изучить медикаментозное лечение пациентов с острым инфарктом миокарда (ОИМ) до госпитализации в стационар г. Хабаровска, обладающего возможностью проведения первичных чрескожных коронарных вмешательств (ЧКВ), медикаментозную и инвазивную терапию до выписки из стационара, а также госпитальные исходы по данным регистра ОИМ.
Материал и методы. В регистр внесены сведения о 321 пациенте, последовательно госпитализированных в региональный сосудистый центр г. Хабаровска. 177 (55,1%) пациентов с ОИМ с подъемом сегмента ST (ОИМпST); 135 (42,1%) – с ОИМ без подъема сегмента ST (ОИМбпST), 9 пациентов с ранним рецидивом ОИМ и ранней постинфарктной стенокардией (2,8%).
Результаты. До референсного ОИМ частота приема статинов была 13,7%, блокаторов ренини-ангиотензин-альдостероновой системы (РААС) – 29,3%, ацетилсалициловой кислоты – 28,7%, бета-адреноблокаторов – 25%. Оральными антикоагулянтами лечились 7 из 41 пациента с фибрилляцией предсердий (ФП) (17%). 141 пациент (79,6%) с ОИМпST подверглись процедуре чрескожного коронарного вмешательства (ЧКВ): первичному ЧКВ – 82,3%, отсроченному ЧКВ – 17,7%. ЧКВ со стентированием коронарных артерий проведено у 86,5% пациентов с ОИМпST. Частота ЧКВ при ОИМбпST составила 42%: первичное ЧКВ – 43,9%, отсроченное ЧКВ – 56,1%. ЧКВ со стентированием – 43,9%. Пол и возраст пациентов не влияли на выбор тактики реваскуляризации при ОИМпST и ОИМбпST (р>0,05). Двойная антитромбоцитарная терапия (ДАТТ) назначена 86,9% пациентов, прямые антикоагулянты – 91,2%, статины – 97,2%, бета-адреноблокаторы – 88,5%, блокаторы РААС – 90,6%. Общая летальность при ОИМпST составила 15,2%, при ОИМбпST – 1,5%. Летальность среди пациентов без ЧКВ была выше при ОИМпST чем при ОИМбпST (p<0,001). Летальность среди пациентов с ОИМпST при инвазивной реперфузии была в 3,3 раза ниже по сравнению с группой без ЧКВ (p<0,001).
Заключение. Регистр продемонстрировал крайне низкую степень охвата больных современными лекарственными препаратами, влияющими на прогноз, до референсного ОИМ. Лечение ОИМ в ЧКВ-центре характеризуется высокой частотой первичного ЧКВ, ДАТТ, применения эноксапарина, высокодозовой терапии статинами.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.