Скопец Инга Сергеевна – кандидат медицинских наук, доцент, кафедра госпитальной терапии
185910, Петрозаводск, пр. Ленина, 33
Inga S. Skopets – MD, PhD, Associate Professor, Chair of Hospital Therapy
Lenina pr. 33, Petrozavodsk, 185910
Везикова Наталья Николаевна – доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой госпитальной терапии
185910, Петрозаводск, пр. Ленина, 33
Natalia N. Vezikova – MD, PhD, Professor, Head of Chair of Hospital Therapy
Lenina pr. 33, Petrozavodsk, 185910
Малафеев Андрей Викторович – заместитель главного врача по терапевтической помощи
185019, Петрозаводск, ул. Пирогова, 3
Andrey V. Malafeev – MD, Deputy Chief Physician for Therapeutic Care
Pirogova ul. 3, Petrozavodsk, 185019
Малыгин Александр Николаевич – заведующий кардиологическим отделением
185019, Петрозаводск, ул. Пирогова, 3
Alexander N. Malygin – MD, Head of Cardiology Department
Pirogova ul. 3, Petrozavodsk, 185019
Литвинова Виолетта Александровна – врач-кардиолог
185019, Петрозаводск, ул. Пирогова, 3
Violetta A. Litvinova – MD, Cardiologist
Pirogova ul. 3, Petrozavodsk, 185019
Aim. To study the clinical course, treatment, and outcomes in the patients with ST segment elevation acute coronary syndrome (STeACS) in real clinical practice
Material and methods. Our study is based on data of 5694 patients who were sequentially hospitalized in the Regional Vascular Center from 01.01.2009 to 01.01.2019 due to STeACS and included in the Federal Hospital Register. Men prevailed (65.8%); the average age was 68 years old. 14.1% of the patients had the history of myocardial infarction (MI) before this hospitalization. The reperfusion strategy, drug therapy, as well as the risks of complications and outcomes in real clinical practice of the Republic of Karelia were analyzed. Descriptive statistics methods were used to evaluate the results.
Results. In the study group a high frequency of reperfusion interventions (83.5%) with a predominance of percutaneous coronary intervention (PCI; 76.2%) was revealed, as well as optimal drug therapy in most patients. Thus, 99.4% of patients took aspirin, 82.8% – clopidogrel, 91.1% – anticoagulants, 91.6% – beta-blockers, 95.6% – statins, 94.2% – angiotensin-converting-enzyme inhibitors/angiotensin II receptors blockers. A risk assessment of hospital and 6-month mortality was performed using GRACE score. The distribution of the hospital risk mortality were the following: 25.7% of patients had a low (49-125 points), 33.7% an average (126-154 points), and 40.6% of patients had a high risk (more than 154 points). At the same time, the risk of 6-month mortality in a half of the patients (51.6%) was low (27-99 points), the average risk (100-127 points) was determined in 23.0% of patients and the high risk (more than 127 points) – in 25.5% of patients. Life threatening complications developed in 38.1% of patients and the most frequent ones were arrhythmias (31.5%). The outcomes at the discharge from the hospital were as follows: 1432 patients (63.5%) had Q MI, 390 (17.3%) – non Q MI, 76 (3.4%) – unstable angina, 21 (0.9%) – MI of unspecified localization and 317 patients (14.1%) – repeated myocardial infarction.
Conclusion. According to the results of a 10-year hospital registry of patients with STeACS, a high frequency of reperfusion interventions and an optimal drug therapy in most patients was revealed. However, to increase the effectiveness of treatment, it is necessary to minimize temporary losses both at the prehospital treatment and during reperfusion.
Цель. Изучить особенности течения, лечения и исходов при остром коронарном синдроме со стойким подъемом сегмента ST (ОКСпST) в реальной клинической практике
Материал и методы. В исследование включены 5694 пациента, последовательно госпитализированных в Региональный сосудистый центр в период с 01.01.2009 по 01.01.2019 гг. по поводу ОКСпST, включенных в Федеральный госпитальный регистр. Преобладали мужчины (65,8%), средний возраст 68 лет. 14,1% пациентов ранее перенесли инфаркт миокарда. Были проанализированы особенности реперфузионных вмешательств, объем медикаментозной терапии, а также риски развития осложнений и исходы в реальной клинической практике Республики Карелия.
Результаты. В исследуемой группе при лечении ОКСпST отмечен высокий процент реперфузионных вмешательств (83,5%) с преобладанием чрескожного коронарного вмешательства (ЧКВ; 76,2%), а также проведение оптимальной медикаментозной терапии у большинства пациентов. Так, аспирин получали 99,4% пациентов, клопидогрел – 82,8%, антикоагулянты – 91,1%, бета-адреноблокаторы – 91,6%, статины – 95,6%, ингибиторы ангиотензин превращающего фермента/блокаторы рецепторов к ангиотензину II – 94,2%. Была проведена оценка риска госпитальной и 6-месячной летальности по шкале GRACE. Распределение риска госпитальной летальности оказалось следующим: низкий риск (49-125 баллов) имели 25,7%, средний (126-154 балла) – 33,7%, высокий (более 154 баллов) – 40,6% пациентов. Риск 6-месячной летальности у половины пациентов (51,6%) оказался низким (27-99 баллов), средний риск (100-127 баллов) определен у 23,0% пациентов, высокий риск (более 127 баллов) – у 25,5%. Жизнеугрожающие осложнения развились на стационарном этапе лечения у 38,1% больных, наиболее частым из которых в реальной практике оказались нарушения ритма, выявленные у 31,5%. Варианты исходов при выписке из стационара оказались следующими: 1432 пациента (63,5%) перенесли Q-образующий инфаркт миокарда, 390 (17,3%) – инфаркт миокарда без зубца Q, у 76 (3,4%) пациентов диагностирована нестабильная стенокардия, у 21 пациента (0,9%) – инфаркт миокарда неуточненной локализации, у 317 больных (14,1%) – повторный инфаркт миокарда. Госпитальная летальность составила 5,85%.
Заключение. По результатам 10-летнего госпитального регистра пациентов с ОКСспST отмечается высокий процент реперфузионных вмешательств с преобладанием ЧКВ и проведение оптимальной медикаментозной терапии у большинства пациентов, однако с целью повышения эффективности лечения необходима минимизация временных потерь как на догоспитальном этапе, так и при проведении реперфузии.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.