Олейников Валентин Эливич
ул. Красная, д. 40, Пенза, 440026
Valentin E. Oleynikov
Krasnaya str., 40, Penza, 440026
Салямова Людмила Ивановна
ул. Красная, д. 40, Пенза, 440026
Ludmila I. Salyamova
Krasnaya str., 40, Penza, 440026
Алимов Николай Витальевич
ул. Красная, д. 40, Пенза, 440026
Nikolay V. Alimov
Krasnaya str., 40, Penza, 440026
Донецкая Наталия Александровна
ул. Красная, д. 40, Пенза, 440026
ул. Лермонтова, д. 28, Пенза, 440026
Natalia A. Donetskaya
Krasnaya str., 40, Penza, 440026
Lermontov str., 28, Penza, 440026
Щербинина Анастасия Вячеславовна
ул. Красная, д. 40, Пенза, 440026
Anastasia V. Shcherbinina
Krasnaya str., 40, Penza, 440026
Томашевская Юлия Анатольевна
ул. Красная, д. 40, Пенза, 440026
Yulia A. Tomashevskaya
Krasnaya str., 40, Penza, 440026
Aim. To study quantitative and morphological parameters of myocardial injury using cardiac magnetic resonance imaging (MRI) with late gadolinium enhancement in patients with acute myocardial infarction and to identify factors associated with scar zone size.Material and methods. The single-centre observational study included 202 patients (91% men) with ST-segment elevation (86%) and non-ST-segment elevation (14%) MI, aged 57 (50; 61) years. Primary percutaneous coronary intervention was performed in 136 patients (67%), and pharmacoinvasive revascularisation was performed in 66 patients (33%). On days 7–10, examination was performed, including echocardiography (Echo) and magnetic resonance imaging (MRI) of the heart with contrast. Based on cardiac MRI results patients were divided into three groups: Group 1 — 43 patients with LV scar burden of <5% or its absence: Group 2 — 83 patients with LV scar burden of 5-20%; Group 3 — 76 patients with LV scar burden of >20%. One-factor logistic regression analysis was used to identify variables that help diagnose different scar sizes.Results. Patients in Group 3 were more likely to have type 2 diabetes mellitus compared to Group 2. Non-ST-segment elevation MI was more common in Group 1 compared to Groups 2 and 3 (p1-2,3 <0.05); pathological Q waves were diagnosed in Group 3 12.4 and 1.6 times more often than in Groups 1 and 2, respectively (p1-2,3;2-3 <0.001). It was also noted that Group 1 received thrombolytic therapy more quickly than Group 3 (p=0.032). Echo data revealed a predominance of indexed left ventricular (LV) volume parameters and the LV myocardial mass index in Group 3 compared to Groups 1 and 2, while the ejection fraction (EF) was minimal in Group 3 (p1,2-3 <0.05). MRI results revealed additional differences in the end-systolic volume index and LVEF between Groups 1 and 2. According to cardiac MRI results, the ratio of peri-infarction heterogeneous zone mass to the scar mass in Group 1 was 123.3 (81.3; 182.1) %, in Group 2 — 77.2 (57.8; 112.8) %, in Group 3 — 42.9 (29.4; 56.4) % (p1-2,3;2-3 <0.05). In Group 1, reperfusion injury was detected in only one patient (2.3%), in Group 2 — in 34.9% of cases, and in Group 3 — in 78.9% (p1-2,3;2-3<0.05). According to the regression analysis results, the following general significant indicators were found for the absence of a scar zone or SM/LVMM <5% and SM/LVMM >20%: high-sensitivity troponin I, N-terminal pro-brain natriuretic peptide; according to EchoCG data — end-systolic volume index, EF, LV myocardial mass index; according to MRI data — indexed volume indicators, EF, indexes of local contractility and global contrast.Conclusion. A small scar burden had no adverse effect on cardiac morphological or functional parameters in patients with acute myocardial infarction who had no detectable scar or only a minimal scar burden (scar mass/left ventricular myocardial mass <5%) on late gadolinium enhancement cardiac MRI. Type 2 diabetes mellitus and pathological Q waves on electrocardiography, elevated blood levels of high-sensitivity cardiac troponin I and N-terminal pro-B-type natriuretic peptide, as well as reduced left ventricular ejection fraction and increased left ventricular volumes assessed by echocardiography and cardiac magnetic resonance imaging, were associated with a greater scar burden (scar mass/left ventricular myocardial mass >20%).
Цель. Изучить некоторые морфофункциональные показатели сердца и выявить маркеры, характеризующие разную величину рубцовой зоны у пациентов с острым инфарктом миокарда (ОИМ) и реваскуляризацией. Материал и методы. В одноцентровое одномоментное наблюдательное исследование включено 202 пациента (91% мужчин) с ОИМ с подъемом (86%) и без подъема сегмента ST (14%) в возрасте 57 [50; 61] лет. Первичное чрескожное коронарное вмешательство проведено 136 больным (67%), фармакоинвазивная реваскуляризация — 66 (33%) пациентам. На 7–10 сутки проводили обследование, включавшее эхокардиографию (ЭхоКГ), магнитно-резонансную томографию (МРТ) сердца с отсроченным контрастированием. По результатам МРТ больных разделили на группы: 1-я — 43 пациента с отношением массы рубца к массе миокарда левого желудочка (МР/ММЛЖ) <5% или его отсутствием; 2-я — 83 больных с величиной показателя 5-20%; 3-я — 76 человек с МР/ММЛЖ >20%. Для выявления переменных, связанных с различной величиной рубца, использовали однофакторный логистический регрессионный анализ.Результаты. Пациенты 3-й группы чаще страдали сахарным диабетом 2 типа по сравнению со 2-й группой. ОИМ без подъема сегмента ST преобладал в 1-й группе относительно 2-й и 3-й (р1-2,3 <0,05); патологический зубец Q диагностировали в 3 группе в 12,4 и 1,6 раза чаще, чем в 1-й и 2-й группах соответственно (р1-2,3;2-3 <0,001). Также отмечено, что 1 группа быстрее получала тромболитическую терапию по сравнению с больными 3-й группы (р=0,032). По данным ЭхоКГ выявлено преобладание повышения индексированных объемных показателей левого желудочка (ЛЖ), индекса массы миокарда ЛЖ у пациентов 3-й группы по сравнению с 1-й и 2-й группами, при этом фракция выброса (ФВ) в 3-й группе была минимальной (р1,2-3 <0,05). МРТ выявила дополнительные различия по индексу конечного систолического объема и ФВ ЛЖ между 1-й и 2-й группами. По результатам МРТ сердца в 1-й группе отношение массы периинфарктной гетерогенной зоны к массе рубца составило 123,3 (81,3; 182,1) %, во 2-й группе — 77,2 (57,8; 112,8) %, в 3-й — 42,9 (29,4; 56,4) % (р1-2,3;2-3 <0,05). В 1-й группе реперфузионное повреждение выявлено только у одного пациента (2,3%), во 2-й группе — в 34,9%, в 3-й — в 78,9% случаев (р1-2,3;2-3 <0,05). По результатам регрессионного анализа общими значимыми показателями для отсутствия рубцовой зоны или МР/ММЛЖ <5% и МР/ММЛЖ >20% были высокочувствительный тропонин I, N-концевой промозговой натрийуретический пропептид; по данным ЭхоКГ — индекс конечного систолического объема, ФВ, индекс массы миокарда ЛЖ; по данным МРТ — индексированные объемные показатели, ФВ, индексы локальной сократимости и глобального контрастирования.Заключение. У пациентов с ОИМ без признаков рубца или с минимальными его размерами (МР/ММЛЖ <5%), по данным МРТ сердца с отсроченным контрастированием, выявлено отсутствие негативного вклада такой массы рубцовой зоны в морфофункциональные характеристики сердца. Наличие сахарного диабета 2 типа и зубца Q на ЭКГ, повышение уровней в крови высокочувствительного тропонина I и N-концевого мозгового натрийуретического пропептида, а также снижение ФВ ЛЖ и повышение объемных показателей ЛЖ, по данным ЭхоКГ и МРТ, ассоциировались с большей величиной рубца (МР/ММЛЖ >20%).
The authors declare that there are no conflicts of interest present.