Заболеваемость и смертность населения развитых стран, в том числе и Российской Федерации, связана с бременем сердечно-с осудистых заболеваний (ССЗ) [1]. При этом среди них самыми распространенными, и в то же время наиболее прогностически неблагоприятными, являются атеросклеротические [2]. К ним относятся следующие нозологии: острые и хронические формы ишемической болезни сердца, в том числе перенесенные оперативные вмешательства на коронарных артериях, острое нарушение мозгового кровообращения или транзиторная ишемическая атака, поражение периферических артерий, а также обнаружение значимых атеросклеротических бляшек в коронарных или сонных артериях [3].

Ведущая роль в развитии атеросклеротического процесса отводится дислипидемии (ДЛП). Взаимодействие ДЛП с обширным спектром факторов сердечно-сосудистого риска, включающих генетическую предрасположенность, принадлежность к мужскому полу, старение, артериальную гипертензию, курение, сахарный диабет, ожирение, гиперурикемию, запускает патогенетический каскад, приводящий к развитию сосудистого воспаления, эндотелиальной дисфункции, а также отложению в интиме сосудов липидов и кальция, что приводит к формированию атеросклеротических бляшек [4].

Распространенность ДЛП в мире весьма гетерогенна, к тому же в различных странах наблюдается противоположная тенденция к изменению данного показателя [5]. Так, к примеру, среди населения стран Северной Америки, Европы, Австралии и Океании наблюдается слабая тенденция к снижению уровня атерогенных фракций липопротеидов, при этом в государствах Восточной и Юго-Восточной Азии, в том числе Китае, наметилась резкая тенденция к росту распространенности атерогенных ДЛП [6][7].

В Российской Федерации распространенность ДЛП по различным фракциям холестерина в условиях крупной репрезентативной выборки была оценена в 2012-2014 годах в исследовании ЭССЕ-РФ (эпидемиология сердечно-сосудистых заболеваний и их факторов риска в регионах Российской Федерации) и составила 58,4% по уровню общего холестерина (ОХС), 59,7% по уровню холестерина липопротеидов низкой плотности (ХС ЛНП), 19,5% по уровню холестерина липопротеидов высокой плотности (ХС ЛВП) и 19,5% по уровню триглицеридов (ТГ). При этом наблюдалась значимая гетерогенность в показателях частоты различных типов ДЛП в разных регионах Российской Федерации [8].

Распространенность различных форм ДЛП в Нижегородском регионе на данный момент изучена недостаточно. Представляет интерес анализ гендерно-возрастных особенностей нарушений липидного обмена среди населения, а также их взаимосвязей с другими факторами кардиоваскулярного риска.

Цель исследования — изучить гендерно-возрастные особенности дислипидемии в популяции Нижегородского региона.

Было обследовано 2501 человек в возрасте 3574 лет, отобранных из городского и сельского населения Нижегородского региона методом стратифицированной многоступенчатой случайной выборки. Исследование проводилось в рамках третьего эпидемиологического исследования ЭССЕ-РФ3. Протокол исследования был разработан Национальным медицинским исследовательским центром терапии и профилактической медицины (НМИЦ ТПМ) и предполагал обследование населения, включенного в выборку, для выявления ССЗ, их факторов риска, других хронических неинфекционных заболеваний и оценку показателей здоровья [9].

Исследование получило одобрение независимого этического комитета НМИЦ ТПМ. На каждого респондента оформлялось добровольное информированное согласие на участие в исследовании. Выполнялось антропометрическое исследование: измерение роста, веса, окружности талии и бедер, артериального давления и частоты сердечных сокращений. У каждого участника производилось взятие венозной крови с целью проведения спектра лабораторных исследований, включавший следующие показатели: ОХС, ХС ЛНП, ХС ЛВП, ТГ, глюкоза, креатинин, мочевая кислота, высокочувствительный С-реактивный белок, фибриноген.

Взятие крови осуществлялось стандартным методом из локтевой вены после 12 часов голодания. Сыворотка крови была получена путем низкоскоростного центрифугирования при 1900 g в течение 15 минут при температуре +4⁰ С. После этого образцы сыворотки были заморожены при -28⁰ С, а затем отправлены в биобанк НМИЦ ТПМ с целью хранения и проведения лабораторных исследований. Исследование проводилось на биохимическом анализаторе Abbott Architect c800 (США) с использованием диагностических наборов "Abbott Diagnostic" (США) [9][10].

Гиперхолестеринемия (ГХС) регистрировалась при уровне ОХС ≥5,0 ммоль/л, повышенный уровень ХС ЛНП — при уровне ХС ЛНП ≥3 ммоль/л, гипертриглицеридемия (ГТГ) — при ТГ ≥1,7 ммоль/л, сниженный уровень ХС ЛВП — при значениях у лиц мужского пола ≤1,0 ммоль/л, у женщин ≤1,2 ммоль/л.

Среди всего обследуемого контингента на момент взятия крови терапию гиполипидемическими препаратами получали 276 человек (11,0%). Из дальнейшего анализа они были исключены. Соответственно, данные приведены для выборки в 2225 человек.

Оценка распределения количественных показателей производилась с использованием критерия Колмогорова-Смирнова. Количественные показатели, распределение которых отличалось от нормального, описывались с помощью значения медианы (Ме), нижнего и верхнего квартилей (Q1-Q3). При сравнении групп использовался U-критерий Манна-Уитни. Статистически значимый уровень различий регистрировали при p<0,05. Полученные данные обработаны с использованием пакета прикладных программ "IBM SPSS Statistics 26" (США).

При анализе полученных данных было выявлено, что ГХС имела место у 65,1% обследованного населения Нижегородского региона. Средний уровень ОХС среди лиц мужского пола составил 5,3 [ 4,5; 6,0] ммоль/л, среди лиц женского пола — 5,5 [ 4,8; 6,2] ммоль/л. График, отражающий гендерно-возрастные особенности распространенности ГХС, приведен на рис. 1. В молодой когорте (40-44 года) мужчины значимо чаще имели ГХС, но в средней возрастной группе (50-54 года) и более старших стратах (60 лет и более) данное нарушение липидного обмена встречалось с большей частотой среди лиц женского пола. Показатели p, отражающие значимость гендерных различий по распространенности ДЛП в различных возрастных группах, приведены в табл. 1.

Повышенный уровень ХС ЛНП наблюдался у 68,9% из числа обследованных респондентов. Средние уровни ХС ЛНП оказались следующими: среди мужчин — 3,44 [ 2,77; 4,11] ммоль/л, среди женщин — 3,61 [ 2,86; 4,34] ммоль/л. Особенности гендерно-возрастного распределения данной ДЛП отмечены на рис. 2.

При изучении данного показателя в различных возрастных стратах среди мужчин и женщин, можно отметить сходную тенденцию с аналогичными показателями по ОХС, но статистически значимые гендерные различия в распространенности повышенного уровня ХС ЛНП имели место только в группах 60-64 и 65-69 лет.

Среди всей обследуемой выборки у 11,3% (251 человек) уровень ОХС был более 7,5 мммоль/л или же ХС ЛНП более 4,9 ммоль/л.

Распространенность ГТГ среди взрослого населения Нижегородского региона составила 42,6%. Средний уровень ТГ среди лиц мужского пола составил 1,71 [ 1,15; 2,6] ммоль/л, среди лиц женского пола — 1,42 [ 1,00; 1,99] ммоль/л. Гендерно-возрастные особенности распространенности ГТГ представлены на рис. 3.

Во всех возрастных группах ГТГ встречалась чаще среди лиц мужского пола, но эти различия были статистически значимы лишь среди возрастных групп 35-49 лет и 55-59 лет.

 Частота сниженного уровня ХС ЛВП составила 13,3%. Средний уровень ХС ЛВП среди лиц мужского пола оказался 1,28 [ 1,09; 1,51] ммоль/л, среди женщин — 1,56 [ 1,36; 1,80] ммоль/л. Гендерно-возрастные особенности распространённости данного типа ДЛП представлены на рис. 4. Статистически значимыми различия были только в возрастной группе 35-39 лет, где сниженный уровень ХС ЛВП имели 13% мужчин и лишь 6,3% женщин.

Было также отмечено, что охват гиполипидемической терапией обследованных представителей взрослого населения Нижегородского региона составил 11,0%.

Многочисленные исследования показали, что ДЛП является наиболее мощным популяционным фактором риска развития и прогрессирования ССЗ, при этом он поддается как медикаментозной, так и немедикаментозной коррекции [11-13]. Все это делает липидные нарушения потенциальной мишенью для формирования и совершенствования профилактических мер среди населения развитых стран. Проведение крупных эпидемиологических исследований ЭССЕ-РФ — ЭССЕ-РФ3 позволило точно оценить распространенность ДЛП в популяции различных регионов Российской Федерации, а также установить средние уровни различных липидов для их последующей оценки в динамике. В Нижегородской области данное исследование проводилось впервые, что позволило произвести более точную оценку частоты нарушений липидного обмена среди населения.

По представленным данным возможно судить о достаточно высокой распространенности ДЛП по различным компонентам липидного спектра в исследуемой популяции. При сравнении полученных показателей с аналогичными в других регионах, становится заметным, что частота ГХС в Нижегородском регионе (65,1%) сравнима со средними общероссийскими (минимально — 50,1% в Кемеровской области, максимально — 67,6% в Воронежской области, среднее — 58,4%) [8]. Что касается повышенного уровня ХС ЛНП, то среди обследованных лиц он встречался несколько чаще (68,9%), чем в других субъектах Российской Федерации (минимально — 44,3% в Волгоградской области, максимально — 68,4% в Воронежской области, среднее — 59,7%). При этом сниженный уровень ХС ЛВП был отмечен только у 13,3% обследуемого контингента, то есть встречался реже, чем в среднем по стране (минимально — 5,5% в Кемеровской области, максимально — 35,5% в г. Оренбург, среднее — 19,5%) [8].

Пристальное внимание привлек показатель распространенности ГТГ среди населения Нижегородского региона — он составил 42,6%, то есть был максимальным среди всех регионов, участвовавших в исследовании ЭССЕ-РФ (минимально — 5,5% в Кемеровской области, максимально — 35,5% в г. Оренбург, среднее — 19,5%) [8]. Полученные данные требуют дальнейшего анализа и продолжения исследований в этом направлении с целью выявления причин столь высокой частоты ГТГ среди жителей региона.

При анализе графиков гендерно-в озрастных особенностей распространенности ГХС и повышенного уровня ХС ЛНП прослеживается "перекрест" в возрасте 50-54 лет, когда частота данных липидных нарушений среди женщин начинает преобладать над лицами мужского пола. Эта особенность согласуется с результатами других авторов [14][15] и объясняется переходом в данном возрасте женщин к постменопаузе и соответствующей потерей протективных механизмов эстрогенов [16][17]. Любопытным является и то, что в более старших возрастных когортах (60 лет и старше) наблюдается снижение уровней атерогенных липопротеидов. При анализе литературы было выявлено, что данная тенденция замечена и среди населения других стран [14][15]. При этом причины данного эффекта до конца не исследованы [18].

Большое число выявленных лиц (11,3%) с уровнем ОХС более 7,5 ммоль/л или ХС ЛНП более 4,9 ммоль/л, привлекает дополнительное внимание к проблеме скрининга семейной ГХС, поскольку лица с данным заболеванием имеют экстремальный риск развития острых и хронических форм ишемической болезни сердца и смерти от ССЗ [19].

Отдельно стоит отметить и то, что среди взрослого населения Нижегородского региона оказалась весьма высокой доля назначения терапиии статинами (11,0%). При этом эффективность её должна быть оценена дополнительно.

Ограничения исследования

Протокол исследования ЭССЕ-РФ3 предусматривал включение представительных выборок населения 35-74 лет, что не позволило провести анализ липидных нарушений у лиц моложе 35 лет.

Среди населения Нижегородского региона ГХС имела место у 65,1% респондентов, повышенный уровень ХС ЛНП — у 68,9%, ГТГ — 42,6%, сниженный уровень ХС ЛВП — у 13,3%. Показатели распространенности ГХС и повышенного уровня ХС ЛНП оказались сопоставимыми с другими регионами Российской Федерации. Распространенность сниженных уровней ХС ЛВП оказалась несколько ниже, чем в среднем по стране, тогда как ГТГ — значимо выше, чем среднероссийский показатель. Все вышесказанное определяет необходимость дальнейшего анализа полученных данных, формирования и совершенствования мер профилактики с целью снижения заболеваемости ССЗ и смертности от них.

Отношения и Деятельность. Нет.

Relationships and Activities. None.

Финансирование. Исследование проведено при поддержке Национального медицинского исследовательского центра терапии и профилактической медицины.

Funding. The study was performed with the support of National Medical Research Center for Therapy and Preventive Medicine.